?

Log in

.69
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends]

Below are the 20 most recent journal entries recorded in point69's LiveJournal:

[ << Previous 20 ]
Saturday, January 2nd, 2016
6:04 am
много в этом мире больного народу. Самоуверенного и больного. Остальные от такого соседства в той или иной степени сами ненормальны. И все прилежно окучивают мозги друг друга. Такая, блин, вечная молодость.(с) А Триер, с моей точки зрения, конечно прав. Зачем так долго было это отрицать.
Saturday, December 26th, 2015
3:38 am
часы в темноте на стене тарахтят. У кого-нибудь сложится лучше, чем у меня. За деревьями по проспекту огни едут в разные стороны. Дни теперь аномально тёплые. Просятся запомниться. Пусти нас и мы не уйдём. На клеёнчатой скатерти крошки составить смахнуть. У кого-нибудь будет лучше. У кого-нибудь слова будут придуманы продиктованные ни случайным разговором, ни контекстной рекламой, ни навязанным сном, обещанием, экспериментом - такой свободой, что не подарена, не продана, не потеряна: "пусть неправда, но верю, потому, что она моя". Когда-то была невидимая. У кого-то будет так всегда. В комнате включено радио, я в коридоре за углом, ловлю то, что осталось: разность звуков, иллюзию пространства, непредсказуемость количества самых длинных ночей, затмений. Убористым почерком, одним из десятка моих непохожих на собственный, перечисляю всё это богатство, стараясь не задумываться, точно от этого станет спокойнее. Но не станет. (Потом зачёркнуто, настроение ушло). В пустой кружке лежит кусок лимона. Минувшим днём оказалось, что я вижу, как вода висит на деревьях; с большого расстояния. Капли на ветках в ряд.
Monday, December 14th, 2015
6:01 pm
обычный разговор - возможно, игра: понимание такой вероятности приводит к потере способности разговаривать даже у людей, никогда таких проблем не имевших; "му-му" - самая короткая и обидная насмешка. От где-то половины второго приблизительно до пяти, собственные слова в любой беседе особенно кажутся срежиссированными. Следишь за часами, одушевляешь цифры на них - они имеют свои характеры. Римские практически не чувствую, - арабские. И отдельные детали - стрелки, крошечные паузы не пронумерованных секундных долей, надпись о количестве камней, марка.
- я поняла, сказала она: в этой комнате постепенно темнеет.
- зато, кажется, на съёмочных площадках становится всё светлее - возражаю ей. Эта идиотская привычка произносить духоподъёмные фразы, подозреваю, ради самозащиты. Но она не повелась. - Комната это ведь всё-таки дом, а съёмочная площадка - это съёмочная площадка, разница слишком велика.

а когда на стене был этот большой типографский плакат: что же это за плакат, ведь рекламы тогда не было, размером с карту мира, два полушария - никогда не понимала, как они могут соединяться, поэтому такие карты вызывали неприязнь, а образцы шрифтов на стене над кроватью нравились. Брёвна, торчащая пакля, значит, это была чья-то дача. Орнаментом электрические провода вдоль где стена сходится с потолком. Одна буква разными размерами и стилями. Совпадала, потому и уцепилась: следовательно, уже тогда было ощущение подмены: и события-то не происходившие, вместо реальных - не говоря уже просто про меня. То есть, была необходимость пользоваться такой настроечной таблицей так давно, что даже не помню где.
Friday, December 4th, 2015
2:15 pm
даже полку с игрушками победить не могу, что там обстоятельства собственной жизни. Вот комната, высокий шкаф с дверцами по направляющим, открыт закруглённый угол, всё заставлено ерундой, пылится, теперь не так просто представить, а было ещё время когда не понимаешь, какие люди чем себя окружают на всякий пожарный, и почему это часто выглядит страшновато, уродливо довольно. Да и сказать, посейчас такое отношение сохранилось, но бесчувственное, некрасивое - и всё, нужно - пусть будет, лишь бы подальше. Но вот в то время, не люблю считать, какая разница - что то менять? - о, в любой продолжительности ставятся не троеточие, [повторяется] - две, одна над другой, и поехали с первого такта, сколько... кому известно - не знаю таких, но точно не заполняют они, в отличие от меня, всесвободных пустот по рукам и ногам связанным безобразием, увернулись бы, пока остальные роботы перепасовывают друг другу слова, питают и кормятся... Посчитать количество лет, прикинуть будущие пенсионные баллы - как сказала одна кадровичка - "пора бы", долго стоически воспринимавшая стёб, ведь сразу вижу - опять чёрт знает что, они смотрят, чтобы тоже вопрос поддержки собственного бытия: утвердиться, успокоиться. Премию к празднику получить, ну так рабочий час не достался в тот раз ей чересчур легко. Время-себе-и-время назад, смотрю в тот угол с полками, думая, что смогу с этим разобраться. Ошибка. Радиоактивно, дальнобойно. Ещё круглый ковёр, приятный, цвета не помню. В темноте прикреплённый с внешней стороны стены чей-то охладитель равномерно ронял капли конденсата. Этот звук потом слышался в составе электронных шумов в одной музыке. Совсем он, и настроение такое. Звук можно спутать. Или имитировать, если ты птица лирохвост, например. Но хотелось верить, что автор именно этот кондиционер слышал. Тем более, теоретически вероятность есть. Или другой, недалеко. Шумы организуются. Здесь ставлю на разные уровни настольные часы, иногда оторваться невозможно, так интересно получается даже такой примитив. Время-какое-сколько назад февраль попал в настроение, смешно - кто же будет погоде доверять. По кольцевой машины крутились, чёрные и серые, все грязные. Больше стояли правда. Зима что-то не таяла, но под ногами химические моря, что поделать, надо смотреть, наступая. Офисная коробка, по отсекам много занятых какими-то делами все двадцать четыре часа, но в коридоре в основном было пусто. Линолеум блестящий, в тупике широко открывается окно, прогулка. Всего-то отвечать телефонным трубкам, правда, там как знают наизусть тексты всех объявлений: стрессоустойчивость, оперативность, готовность повесить на себя ваше плохое настроение, дурацкие шутки, на заднем плане костяной звук ксилофона для пьяных голов засада в дверном проёме, или похожий. Но что могло тебя подвесить нет воистину самое замечательное, что все эти составители контрактов на заниженные суммы им важна не пресловутая многозадачность (все они говорят, мол, людей как грязи, по одному на вопрос - даже удобнее, выгнал-набрал), а твоя готовность рассказать, что от разновидности мира, видной здесь, до сочинений любого Фрая, как бы к ним не относилась - но что тут что там - это их работа, и для них же. Угадали, меня не нужно просить дважды. Вы - везде.
Monday, November 30th, 2015
3:43 pm
солярис, высохни,
промокли ноги.
Мозги исписаны
все поневоле
и исключительно
чужими сказками,
а от меня ноль остался,
остался ноль.

на острове он однажды нашёл радио и понял, что попал в рай. Почему тот робинзон ошибся, додумать было легче, чем записать. В темноте не удаётся, любой свет - изменит баланс, создавшийся к трём часам утра: попытки прекратить сознательный рассказ, надеясь, что тогда лунатические подёргивания пространства до максимального, в метрах, предела слышимости, тоже прекратятся, но одновременно почти даже интересно... объекты, кажущиеся далеко, на самом деле гораздо ближе. Но пожалуйста, не надо ничего отражать, хоть иногда. Зеркальность не то же, что прозрачность, степень прозрачности не равна проницаемости. Меня подвел собственный энтузиазм, степень легковерия дошла до контроля вдохов в минуту - не мешайте отдыхать, вообще - не попадайтесь. Мутировать в ходе поисков принципа работы в пружину, и не распрямиться. Неблизко сравнение, это днём ясность тех часов ищется воображением абстрактной техники, заведомо дохлый номер, даже батарейки полярностью не так втыкаю. Бывают громкие железные удары, всегда на грани засыпания видятся крепкие ворота в стене. Всегда - это когда не поручишься уже твёрдо: твоё, или вдохновенно читалось. Разве можно не знать, что за жизни проживались раньше? Кажущаяся глупость вопроса, а не надо полагать себя умнее других, зацепка именно через неверие, ловкий зачин. Не надо... а и обратное - явственнее, но поздно. Всегда слишком поздно. Да помню всё что угодно. Больше, чем унести... В одном из первых закутков с медью наверное из Индии, они там завели компьютер с толстым, подслеповатым экраном, якобы высчитывал, кем и когда ты уже жил, аттракцион неприлично дурацкий, но заинтересовал - благо недорого, что-то из принтера со скрежетом и писком, не особенно томя ожиданием, вытянулось, история поверхностно, но верно обозначена, мы с компьютерами всегда легко договаривались, точнее, убеждались. Одно из первых совпадение с машиной было интереснее серых из точечек собранных букв на укручивающемся в трубочку обрывке, и победило: он, внутри там, перетасовался и пришёл в начально-спящее состояние, мне тоже было всё равно. Идеальная, неконкретизированная непрерывность. Сентиментальные раскопки - скучно. С окружающим замоднением эзотерических словарей последний блеск сказок пропал. Но и смеяться нечему. Единожды мою карму оценила незнакомая девица из чужой компании, впоследствии что-то там у них своровавшая. "У меня хорошие новости: мы с тобой стали бессмертными" - легко, если бы не второе: этого ценного сообщения отправитель питался тем, что ненавидел.
Saturday, November 28th, 2015
4:22 am
тем временем одна, допустим, домохозяйка затеяла еженедельную уборку. Имён придумывать в упор не умею, как и живых персонажей, она здесь всё равно ничем не отличится, хотя в рамках начинающей заполнять пространство стилизации под там-потом-видно-будет-рассмотреть-и-укорять-себя-всласть что, запастись именем - естественный выбор. Один раз дай думаю, попытаюсь: словарь имён через минут сорок содержал в себе всё что угодно по порядку либо наугад, там только не написали, зачем бы он мне так понадобился - эти значения, корни, производные, они же ничего по себе не оставляют, хотя наверняка есть по природной склонности или усилием воли которые запоминают - наверняка есть. Бывает всё. С теми же наименованиями почтовых ящиков схожая сложность, пароли, если, как мягко говорят, "что-то празднуешь", а всё остальное здесь как-то обратно но смотрится совсем по-чужому аналогично, впрочем сам момент пустоты, сгущающейся у тебя одним облаком у переносицы, и два по сторонам от затылка, как если в местном баре сидеть лицом к выходу, большие окна разлинованы в многогранники с помощью светящихся перекладин, с этой стороны - алюминий, со стороны улицы - лампы холодного света в тон снегу на косогоре, ну, косогорчике - дом утоплен по второй этаж в землю, вниз к окнам с уклона классический джип интересуется - смотрят ли, как словно с картинки в журнале он, лампы здесь довольно сильно отсвечивают от снега с пятнами травы, как лезлая шуба, - так что не особо; побеждает гладкая столешница, трогать рукой в компенсацию за по дороге холодно, сначала вроде нормально, и откуда-то неподалёку в сумерках под ритм - слова с претензией, не прислушиваюсь, но жизнь. Да вдруг притушили - и каблуки проскальзывают на катке тротуара, навстречу отрабатывают кислую физиономию прохожие разных возрастов, которые потрясающе утверждены в неприспособленный для существования пейзаж, им всё нипочём, кроме моей сигареты - пара по виду первокурсников не настолько увлечены друг другом, чтобы не подавиться в приступе ненатурального кашля - дети, вы нашлись себе, как здорово, да, когда отдельные начинают складываться пачками, трудно подыскать достойное сравнение эмоции от такого зрелища. Те же, кто вдруг проявлялся одеждой оттенком побогаче, были и подавно спортсмены - на велосипедах, лёгких мотоциклах, на адаптированную к начавшейся зиме тёплую технику тоже неуютно смотреть... да застывать начинаю! Зайти погреться только так, чтобы присесть, подождать, пока отпотеют очки, перестанут плыть перед глазами шары из света, тут всегда есть риск с разбегу сказать или сделать что-то глупое, зато когда первые неровные минуты пройдут , можно действовать с изяществом на пятнадцать выше ноля минимум, пива заказать, не так глупо, как подумать: в предпочтении чашки чая или кофе, не говоря уже о горячем шоколаде - перебор. Так вот, ощущать спиной, что проели дырку и на ушах повисли - постоянно и всё одинаково почти обрисовывают, но всегда веришь, в отличие от, например, попытки взволновать комплексами действующих лиц, полузабытые истории из детства, всегда реальность здесь ответвлением, а читаешь и самый сложный - схематический пример... потом додумаю... Это такое же ощущение, "краем глаза" - не скажешь, потому что всё внимание на монитор, там курсор ждёт чтоб символами подпихнули к правому краю строки, но его мерцание ни о чём не говорит. Ужасно. Всякий раз - как в первый. Там дальше о том, как щётка пылесоса внезапно без предупреждения стала уходить в стену, в углу под шкафом, не видно, сколько не тянись, ну, не между квартирами же образовался ход, однако на всякий случай сгенерировала равнодушно-деятельный вид, вылезла в холл с тряпкой, как прибрать, но на деле оценить - не почуяли ли неладное в примыкающих помещениях. За сейфовыми дверьми шевелились, но и только. Как можно тише защёлкнув свою, - теперь время в тёмной прихожей досадовать: к такому напряжению подводить не было сил и смысла. На старом пылесосе, некстати вспомнилось, - красный указатель в прорези под прозрачным щитком, что-то обозначал в теории. Вот отсюда - вообразить, что сработал. Старт. Дальше она не нашла, чем посветить, ароматические свечи горели сами по себе, не предназначенные для открытия загадок, глупо забыть - в ванной комнате есть штанга для занавески, ей попробовать, а то и отломавшаяся от радио антенна лежит на третьей полке справа, нет, мешала шаткая раздвижная подставка для экрана, где именно она? Давно не видать и диапроектора, ...мысленные границы: - антресоли? - балкон? обозначены. Сейчас попеременно в них будет включаться всё, что на пути из дома в магазин и обратно, надо батареек купить и лампочку, серьёзно. Кассир искала пачку папиросной бумаги и под прилавком разбила, слышно, что-то большое, но не расстроилась. Им обеим подумалось одновременно и стандартно. Туповатое спокойствие синхронизации - в тему, если до того, да, нередко такую многозначительную мимику устроят - будь они ей знакомы, расчертившие на сложные фигуры кусок пространства - простилась бы, не сожалея...
Tuesday, November 24th, 2015
2:08 am
в комнате горят
ядохимикаты,
но комары не падают,
не верят в смерть,
гады.

вечер обычным образом, ранним и не моим. Буду смотреть что-нибудь, как проявилось - знаю пропасть фильмов и ещё осталось на пару провалов узнать, а думаю ловлю внутри горелый торфянник, радуйся, что сейчас не так, но нет: любая вкладка - вот социальная сеть, вот первая попавшаяся статья (о`кей, ты правильно поправляешь, не каждая, а успокаиваешься иллюзией выбора, присматриваешь себе, но это опять лотерея - какой номер не выбери - всё действительно предсказуемо) говорит лично с тобой, там вся история, разобранная на фрагменты. Пакеты перловки, подаренные соседями за вымытые окна. Обед из неё получался всегда полусырым. Ненавижу себя за память деталей, но - лишь бы никогда не эта долбаная крупа, догадываюсь: что ни делаю - только ради её отсутствия. Следует аккуратно застегнуть рубашку, пуговица не в своей петле выдаёт моё сумасшествие. Пот на лице. Физическая боль. Что может в этом удивить. Случайная музыка, атональная, тревожная, зачем так делать, можно не знать - хватит, что сложилось, такой готовности. На что ушло несколько лет, чьё было время, иногда перестаю хоть как-то себе отчитываться. От разговора, которого никто не вёл, при настоящем - заплетаюсь, надоело: кто здесь больше тусклый, кто хуже отражается, в чём идея так подставляться, гладко, энергично, изобретательно но небрежно, повиднее. Опыт заключён в том, чтобы плотно закрыть глаза, насколько можно, не реагировать, потом сорваться. Всегда срываться - слишком привлекательно, смотреть, участвовать, без этого нельзя. Разнообразие чувств несвойственных, таких чужих, как мой голос для ждущих дня посещений, спасибо, не приносят хлеба, сигарет, но может вернуться, поэтому закидываю кухню запасами, не перестать. Точно моё - надо же, какой драгоценный вариант булавки - тягучее предчувствие: вот сейчас-сейчас случится ужасное, что только может вообще. Но что может, не конкретизируется. Так проявляешь завернувшуюся издевательской восьмёркой прямую, не путать года, приметы, лица разумеется, провода перекручены, но распутаешь, и от мыслей об электрическом поле нет мигрени, раньше тоже было отчаяние, стопроцентнее сканирования глаза, прокол в том, что тогда, вначале - всеми правдами и неправдами молчать бы, а теперь неважно, место в системе заявлено, конкурентов на него нет.
Friday, November 13th, 2015
3:39 pm
противостоять, или не замечать, делать вид или верить, для ясности? Никто не звонит, но в колонках прокашливается першит характерным сигналом сотовая связь. А если от меня этого и хотят? А если сама хотела? Помните, мы приходили, так знаете - за нами действительно тогда следили. Да, почему-то помню морозную землю тропинки к остановке, провожаю, торопитесь, о чём-то говорим, если всё время говорить одинаковое - это гипнотизирует. Так что не соображу, во что были одеты - для меня это скорее не характерно. Когда приехали, закрылись в другой комнате, где спокойнее, а занавески прозрачные - мы потом оттуда съехали, там слишком много народу вечно торчало, а потом через третьи руки передали - чужие не видели, а прямо ждали, был скандал. И что? Ну, накосячили и замяли. Это радует, однако странная история, и ложного воспоминания не выжать из неё. Упреждая полёт чужой фантазии, задаёшь координаты для связи: особенность интерьера, одежда, список-текст из пунктов числом не более десяти, кстати, неправда, что плохо работают цифры, от текста только лист А4 над приспособленным для компьютеров столом на съёмной квартире. В шлемофонах там грезили под Аес Дана, чтоб соседи не доставали. Музыка к кинофильмам. Знаю, диалог со мной причиняет беспокойность, на пару децибел выше - уже грубость. Вы думаете: ей не хватает не чувства ритма, а такта, изящества, фи, олицетворение бессмысленной активности. Вы слушаете? Меня пытаются посадить в чужие сны под диктовку, дроблюсь, но кому-то придётся заснуть. - Да...это очень могущественные люди.
Курить папиросы с борцами, рисовать на стене фломастером. Какой это был месяц? Кажется... кажется, кажется.

Текст перекрыт, по большей части, портретом девушки на дисконтной карте. У неё диковато-восторженные глаза. Черепную коробку срезали границы розового прямоугольника, поскольку полностью лицо не вместилось, и вот сейчас буквы как высыпались из её головы.
Комната покачнулась: пластик в руках случайно послал свет от люстры за меня на стену. Запоминается.
Thursday, November 12th, 2015
11:17 am
воланчик перелетает через сетку,
применяя для этого небо,
где собирается дождь
пойти или не пойти.
кошка сидит под деревом
будто бы всё в порядке,
но кое-что не в порядке.
многое не в порядке, на самом деле

всё будет хорошо?! Возмущённо реагируя на цитату из кино, которое, впрочем, не было желания смотреть. Но что делать, если только в это и могу верить, правда, в отношении себя не особенно, почему-то себе ничего желать нельзя. Твои сигареты воняют! Устроить из своего места подобие рая, чтобы потом отправлять людей в нокаут. По крайней мере, они потом никогда не смогут соскучиться. Если подумать - ещё много плюсов. Можно считать их, молча.
Monday, November 9th, 2015
2:07 am
неспособность отличить мир от подставы. Ты напрашиваешься, что же, (то есть, скорее "ах так...") давай поиграем. А что отвечать. Картинки из серебра кружатся в бутыли, в какую сторону вращение ни задать - одно из двух, снами не управляют в резиновых перчатках, смотреть укачивает. Простыми чувствами - как от выпить лишку лицо начинает тускнеть, но не было ничего лишнего, кроме того, что прежде мне удавалось соображать несуществующий измеритель и делить с ним одно везение на двоих, пока однажды везение ни стало тяни-толкаем. И если позже ещё начинал жёстко сигналить, то мы друг другу были не слишком благодарны, подумать, такие мелочи... а теперь наблюдаем подмигивающий красный автобус, и любому встречному говорить что угодно, вы - мне, я - вам, трава у дома не растёт, там парковка автомобилей, светящих в лоб, всё просто, кроме того, в какой последовательности выходить. Все знают про правило жизни в четырёх стенах, но мало кому как мне удаётся прятать глаза в продуктовых полках, если настало всё-таки время пополнить запас, жаль, питаться воздухом нельзя, тем более, кому-то подобный план навязать. Если ничего не писать, расскажут за тебя, любой затянется. А мне нравится разглядывать вентиляционные решётки с чувством признательности, хотя ещё много времени прошло, пока стало возможно, нажимая иконку приватности, иметь в виду что, по сути, ничего от этого не меняется, кроме значка в виде маски, на старом мониторе фиолетового, на остальное плевать. Кроме будильника - вот проспать мне утром нельзя.
Saturday, November 7th, 2015
5:45 am
не написать - приснятся одинаковые сны. Если сделать карту нескольких улиц и обстановок, получится замкнутое пространство без ситуаций - там просто идёшь, или едешь. По карте, конечно, заблудишься, будет беспокойно. Эти сны и так расфокусировывают зрение по пробуждении, и усталость мышц. Даже полёт, а бывает полёт, невысокий над толстым ковром листьев слоёв в сто, - неприятен, как разлюбить всё, что доставляет тебе радость. Первое время много разговариваешь, обычно слыша отрывки своих слов с той стороны где рассвет просачивается сквозь глаза. Здесь днём тоже кто-то порой вскрикивает, это или я или реаниматор, судя по результату - любитель. То есть, схему лучше не рисовать, и по памяти достаточно. Группы буквально считанные разы встреченных когда-то прежде людей приходят в такие сны, называя меня почему-то гостиницей, то есть, коллективным средством размещения, состоящим из определённого количества номеров.

как смешно знать путь кто никуда не идёт... отвлекаешься на световые пятна выныривающих из-за спины велосипедов - как же в такой темноте? Хотя только половина седьмого, по будням многие разве что возвращались бы с работы но и тогда здесь наверняка пустая дорога судя по звуку щебёночная, и рядом земляная тропинка по которой они объехали. Что они себе подсвечивают впереди кроме над головами веток, как не боятся упасть, наехав колесом на корягу? Может знают дорогу наизусть... На самом деле всегда было именно такое время что при любых обстоятельствах разве можно отказаться и не узнать что в засохших зарослях есть чёрная беседка на берегу возможно опасного озера фосфоресцирующей воды, это, в максимальном приближении и попробовать носком кроссовки - утрамбованный пустырь, по одну сторону лес, по другую - как в осаде электростанция, ну да, стратегический объект, такой контраст сам по себе создаёт напряжение, может так энергия и добывается, этот секрет там и оберегают: чем ближе, тем виднее расчёт, с которым строили забор, раскатывали асфальт, укладывали серые блоки с железными ушками, почти верится - сами попадали, как пришлось, а нет - каждый прижимается к отдельной точке Земли. Не думаю, что строители были в курсе, но ими руководили. Вот и в поезде когда ночью едешь, часто хочется, чтобы он останавливался и посмотреть, что там есть.
Sunday, October 25th, 2015
4:48 pm
мне осталось бесшумный карниз придумать.
Драцена у каждой хозяйки есть.
Какая фаза Луны - не суть.
На стене наклейка, надпись "хватит это терпеть".

музыка распрятана по Новым папкам, любимое проклятие. Как надо - ничего не найдёшь, странная в себе такая иррациональная черта. С тем, что пишу в тетради - так же. Или охарактеризовать это как разрушение линейного восприятия событий, простого, но не объективного по отношению к правде, как на самом деле думаю и пересказываю себе.

хитрый водитель собрал все пробки в снежной каше, вылезти некуда из среднего ряда - по щиколотку увязнешь. Ждать, приедешь вообще? Приеду, а как же иначе создать обстановку, в которой мне нечего будет сказать. Зато может наблюдать на экране айсберги, или анимацию про алкоголика, пытавшегося развязаться с чёртом, или как маленькие люди сидели в клетке под присмотром каких-то спокойно-любопытных существ. А на обратном пути считать меловые галочки на дверях подъездов, в какой бы тебе ни зайти. Аха-ха, останется только один - издевалась та, что думала жить снаружи, но принимаем, что это не так,
хотя и такое условие сложно вынести. Потом когда-то я стану коллекционировать марки НР Блъгария, и не пойду за грибами.
Действительность часто прямо напрашивается измеряться в киношках. Да, возможен только сериал, произвольно обрывающийся на полуслове, а до того: в каждой серии новое из историй, которые повторялись. Отсюда нет выхода, если бы кто это понимал, то нередко брался объяснять, и как правило, промахивался. То есть, ошибался всегда.

у одиночества не бывает дна,
к одному притерпелся - вот-те на:
в душу другое лезет, тут же буквально,
и я в него падаю.

робинзон называл море вокруг острова почему-то Солярисом. Море не отзывалось, ему было наплевать.

нельзя участвовать в дегустациях, тем более, если там, где они проводятся, светло. Пристально смотрят, рассказывают, как выглядели другие: кто говорит, какой же я постоянный покупатель, да ни разу, а кто наоборот с вопросом: сегодня дегустации проводятся? Рассказывают, одновременно чувствую - краснею с одного маленького глотка. Не смущайтесь, вам не идёт, - она смеётся, складывает из стаканчиков башню. Видеть насквозь - работа, совмещённая с хобби: собирать определённую прозрачную часть. Здесь мне нечем порадовать. Со мной скучно, так говорили раньше, а я переспрашиваю всё время: что? Пока не позеленеют... За последними домами, если повернуться к огням спиной, на фоне темнеющего неба деревья похожи на схему кровесносных сосудов или вилки цветной капусты. На дальнем краю поля кто-то светит себе фонариком. Потом вдруг стало тревожно. Улица отсюда дальше, чем бывает днём, а сзади цельная темнота делится на части.
Не удивительно: однажды с этими наушниками должно было что-то случиться. Он ловко въехал в них магазинной тележкой разломал. Снимая с головы, всегда вешаю на ремешок сумки - обруч душит. Удобно. И потом печально прятал глаза в овощи, ведь тоже не первый день живёт на свете и знает, судьба наказывает исполнителей первыми, обычно ими и ограничиваясь, и так же, как и мне, случайности ему не нравятся.
ВИРУСНАЯ БАЗА ОБНОВЛЕНА, о, вирусная база, напугала. Какая зараза тогда против нас, если вирусная база - с нами!
Thursday, October 22nd, 2015
5:16 pm
робинзон развлекался песочными строениями. В своём положении до замков он был не охотник, строил дома. В сезон дождей дома оседали и расползались, оставляя по себе относительно ровный участок берега, отличимый от остальных лишь в воображении того, кто на нём играл.

Как только люди что-то делают годами?
Как мне вернуть восторг, чему я отдавала
время моё вчера,
когда сегодня я в это
не верю?
и ничего-то не видно в стеклянном шаре, потому, что он не хрустальный. Если бы в серебре тоже было два "н", оно было бы прозрачным. Ну да шар не из серебра, опять-таки, он внутри с пузырьками воздуха, как планеты и звёзды. Раньше недолго их круглый космос расцвечивался цветами: зелёным, синим, белым, зелёным с искорками, оранжевым, одни цвета переходили в другие тогда. Шар стоял на подставке, с таким вот светодиодом. Ещё эта штука, кроме свечения, шумела как типа море, именно так, потому что в слабом динамике море не очень выходит. А также устройство ионизировало воздух, как в грозу или в горах, но слабовато, почти незаметно. И как все такие приборы, быстро сломалось. А шар остался. Что-то там есть, отражается. Но не вглядываюсь. Если просто стоит где-то рядом, он вроде как больше. Сильно внутри может быть всё такой же цветной.

тогда они повадились приходить есть свет. Ночью на площадке между корпусами пылал автомобиль. Вездеход, пламени было много. Как нескольких метров недопарковался или только отъехал, не знаю, там-то направление уже точно значения не имело. Здесь же было человек пять, под руку подвернулся дурацкий синтезатор, из тех дурацких инструментов со многими кнопками управления при полном отсутствии обратной связи, инструмент-аттракцион, потомок диктофона с выложенным перед ним предметами, которыми извлекается разный шум, игра "почувствуй себя идиотом". Существует ли термин для состояния за точкой кипения, когда усиленно делаешь именно то, чего ждут те, кому ты неприятен? - какие же мерзкие трели способно выводить это чудо, оружие запрещённое международной конвенцией, надо запомнить, - налетело чутьё: пятерых вижу, но поблизости ещё люди, некогда отвлекаться, вошли, ходят, переговариваются, а во дворе вроде что-то горит. Ели свет, пока у меня это не стало вдруг получаться лучше них, тогда сгинули. А у меня редкую неделю не перегорает какая-нибудь лампочка или отказывает техника. Много лет так. Зачем подробно считать? Для того, чтобы сверить это расстояние с постоянно превышающим его оставшимся? Ведь это только у вас земля круглая, а здесь - плоскость, и края платформы не бывает, негде и задержаться. Забавно, должно быть, когда рядом с тобой страдают чутьём, наблюдательностью или интуицией, а ты просто знаешь.
не пускай, закрывайся, в наше время мало у кого в голову не встроен сканер. От твоих простецких символов у них неприятно блестели глаза. Стало неважно, нам прятать было нечего - с того света где я, не возвращаются.
нас откачают на том свете
Monday, October 19th, 2015
4:18 pm
мимо домов, все заперты в планировку, неважно сколько комнат, стёкла зашторенные и раскрытые, некоторый свет цветной, чаще обычный, тёплый. По подоконнику ползут растения, лампа светит так, что кроме неё самой ничего нет. Даже на картинках в интернете автоматически ищешь знакомое, хоть что-нибудь. Насчёт звёздного неба над Австралией или млечный путь - но тут можно представить, есть традиция изображать. Смешно, разве настоящий дождь не такой же, чтобы тратить время на экран, на ливень в сканированных снимках. Капли собираются на железных перилах, а, это стрела башенного крана на переднем плане, видно, как строятся те дома. Турист-экстремал, никуда больше приехать не придумал, или по делу, - в плохую погоду, косые полосы по кадрам, фотографирует, пользуясь хорошим обзором из высокого окна, но не на что смотреть. Напротив, за перекрёстком, много лет был забыт синий строительный вагончик, сросся с пейзажем, когда пропал - не заметили. У остановки коммерческая палатка, точно, дольше других здесь простояла, влиятельные хозяева ларька. Перекрёсток проезжает автобус, может, тот номер, что всегда был пустой, маршрут в никуда, от метро по прямой десять минут до поворота, потом поля, бетонная дорога, ангары. Автобус катался туда-сюда, день просвечивал насквозь через пустой салон. По расписанию в два парковался, водитель доставал китайский термос с супом из пакетика со звёздочками из макарон, то есть, из таких, что не сложить млечного пути. Пообедав, курил сигарету из чёрно-жёлтой пачки с силуэтом города. Дождь усиливался, зарядил надолго. Город растворился под водой.

в динамиках древнего монитора что-то тоненько тикает. Внутренние часы без цифр. Экран показывает кое-как, настоящее выглядит по-другому.
один раз показывалось.

странно полагать, делая в тетради такие записи, что перечитывать их будет приятно, что это скрасит осень, но лето всё же действительно воспринималось полнее, чем предыдущее время, хотя бы в момент письма. Компенсация за невозможность разговаривать. С умершими не разговаривают, если они встречаются, можно только убедиться, что они, ничего удивительного, по-прежнему неживые. Если проведываешь, то случайно или нарочно намекнёшь на отсутствие коммуникации. Разница во времени, в смыслах, механизм разговора у мёртвых включается по-другому, вряд ли полностью поймёшь, как это выглядит со стороны, противоположной твоей. Теплеет. Человек вертит перед тобой небольшой плоский камень, вроде только что увидел под ногами и поднял с земли. Отдалённо напоминает то, как рисуют сердце. У камня, смотри, две стороны, аверс, реверс, там пористый как губка, почти мягкий, а здесь прямо каменный камень. Изучаю. Моё всегдашнее спокойствие: как почти могу говорить, но не тянет. Молча смотрю как увеличивается расстояние между мной и камнем летящим в лес. Всегда что-то такое... мы будем играть, возьми свою роль, роль мёртвого.
Tuesday, October 13th, 2015
6:07 pm
тусовщица накануне чёрного вторника
а какие они бывают ещё, кто помнит?
каким бы ни был по счёту - только чёрный
никакого другого цвета, как бы ни назывался.
Так они и мелькали у неё перед глазами:
обычный и чёрный, обычный и чёрный,
но останавливается танец
только на втором

около пресловутого детсада во времени были другие попытки примитивной двигательной активности. Помню бесконечный забор в районе Сокольников, за которым громыхала дорога, не знаю, почему пишу "забор", когда это была толстая стена выше второго этажа, она тянулась с небольшим, но заметным отклонением, предположительно сходясь в круг - этого быть не могло, но она намеревалась. Ну, думаю, всё: останусь здесь - не предполагаю, но ощущение есть. Номера домов конечно же сразу раздробились, порядок чисел нарушился, дома выродились в гаражи, поперёк тёк мыльный ручей... Стоящий на перекрёстке у Белорусского вокзала троллейбус, сорок пять минут взаперти ровно посерёдке всего затора... Давящие своей усталостью люди потоком из метро: вот бы интуитивно выходить из нужного вагона, я первый и последний сокращаю одинаково "п.в.", карта может быть пригодится, если повернуть её параллельно улице; посылку перепутали на складе. Не надо стараться: надо делать или нет. Значит, я ничего не делаю... Солнечный промежуток, день начинает воодушевлять, в открытых окнах высоченного нового дома где-то магнитофон с биг-бэндом, оркестр на солнце, почему-то чувствуется - такого эпизода не может быть. Ещё тогда же в наушниках Тиесто
ремикс на Милен Фармер. Или испытывать скепсис - впрочем, настрой действительно ничего не значил. Несколько раньше горели пригороды, несколько позже мне сказали: пусть вокруг живут наблюдатели. От души пожелали, как не принять тюрьму для тех кто умер.

в сумерках между субботой и воскресеньем на подступах к дому, где раствориться так просто, что некуда и торопиться, охваченный энтузиазмом и алкоголем меня не нагнал, но окликнул человек, так что пришлось подождать, пока нагонит, хотел спросить - успевает ли он в магазин за добавкой. Ответ, что четверть одиннадцатого, поставил его на мгновение в ситуацию неожиданной загадки. На покрытом испариной крупном лице отразился диск с цифрами, по которому его хозяин слепо водил пальцами, располагая полученную от меня
информацию, переводя на человеческий, без чопорности, язык: "десять пятнадцать", чем довольно-таки к себе расположил. Говорить он толком не мог, но ему хотелось говорить и хвалиться, как хорошо вон в том доме он живёт, как весело выпивает с кем-то, кого отсюда не видать, как будет развлекаться через неделю на празднике со стрельбой и бэтээром, при этом поинтересовался, не доводилось ли мне кататься на бэтээре, а услышав отрицательный ответ, стал кричать: "Брехня! Это брехня!", схватил себя за уши, отмороженные в Питере, где службу начинал, и опять кричал и гримасничал, изображая, как славно стрелять в воздух из подручных пушек, а я ему говорю: простите великодушно, мы Вас наверное заболтали совсем, а магазин закроется. Тут его глаза стали трезвыми, такой контраст состояний меня как всегда немножко поразил. Торопясь дальше к подъезду, думаю: что я здесь делаю, что я здесь делаю. Нет, это не вопрос, это мантра.

середину лета смыло дождём
автобус проехал,
он тут каждый день ездит.
Ничего не было. И найдём
только своё окно,
мерило успеха.
Каждому своё окно
здесь.
Sunday, October 11th, 2015
8:45 pm
- скажи, почему ходишь с места на место, не пишешь? Пусть будет идеальный диалог как желаемый коридор между домами, чтобы на улицу не выходить, сейчас уже очень холодно, знобит, по-настоящему я боюсь только зимы.
- Потому, что прошлое надо забыть, каждый вчерашний день, но не можешь: о настоящем писать нельзя. Теперь это реакция на внешние раздражители - откликайся! Ничего не меняется, просто знай: объект, переживший ампутацию свободы, продолжает наблюдаться, как всегда. Приватный танец. Это не история твоего дня, а обманка. Тебе здесь стены, датчик движения, сверху стучат, сбоку слушают, кто-то заглядывает лучше поглубже, поэтому так, чтобы больно, в тебя. Строгим предупреждением в ванной комнате перебродившая упаковка мокрых салфеток поодаль крест-экспресс.
- Успокойся. На все знаки нервов не напасёшься, на это ушло несколько лет: на возвращение доверия к самой себе.

отталкивающиеся в своих размышлениях от идеи принадлежности к другому миру разумеется правы. О благополучной коммуникации между землянами и пришельцами и мечтать нечего. Всё имеющееся твоё время, по какой-то причине расходующееся здесь, посвящено насильственной ассимиляции.

манекены на фотографии из японского музея метро изображали маленькую семью. В сложных костюмах как в структуре из лепестков они ехали в узком вагоне, лица непроницаемые, светятся холодно. Девочка особенно выделяется невозмутимостью. Мужчина чуть сдвинул брови, если это не падала тень от европейской шляпы. Вагон был довоенным.
После поисков нужного коридора на пересадочной станции, кажется что знаю, куда едет поезд. Мой поезд поздним вечером пустой, новой модели, но сосланный на задворки карты за покарябанные стёкла, яркие заплатки на линолеумном полу и граффити - изображать гетто. Переизбыток информации начинает растаскивать на части, надо побыть под землёй. Станции объявляются утрированно упадническим голосом, это издевательство, или хочет, чтобы стало смешно.
мне нравится эта картина
мне не нравится её неуют
слишком короткая дорога
зачем-то хочется домой

Придёт время, и я уеду в деревню,
В потёмкинскую деревню.
Стану манекеном в картонном доме.
Thursday, October 8th, 2015
5:45 pm
а то вот пришла некая девочка на Блоксберг или куда там ведьмы собираются, поднялась. Судя по уму - маленькая, а так нет разницы, эта история не про возраст. Пришла поговорить с ведьмами по делу: ей хотелось уметь точно подбирать слова в любой ситуации. То, что она и так могла разговаривать - не учла: цель ведь какую не поставить, а всё выходит безосновательно, просто чтобы была, в общем, ведьмы ей отказали, ссылаясь на занятость. Все, кроме одной, соперничать с её плохим настроением и скукой никто не мог, искала на ком отыграться - повезло девочке попасть в переплёт. Разинув рот она слушала ведьмины заклинания: после них всё своими именами сможешь называть, только попробуй. Колдунья была убедительна, девочка вдохновилась. В меру мрачно веселясь, не сказать, чтоб не сглазить,
колдунья как бы удивляется: долго ты ко мне добиралась, так спроси чего ещё, чтобы десять раз туда-сюда не ходить. Ничего глупее умения петь девочка на надумала - первое что пришло в голову, а умещалось там мало, как мы упоминали. Успешно научилась, разумеется. В горах выходило довольно громко. Растроганную девочку распирало от волшебных умений, жуткое дело, если приглядеться, слышишь, ещё чуть-чуть и нет ничего невозможного. Это другие ведьмы слетелись посоветовать: зачем же стало, нам одним не справиться, работы
невпроворот. Та согласилась на радостях, а на рассвете смекнула, что сказка складывается не в её пользу и передумала, но было поздно. Днём девочка совершенствовала альпинизм, спускаясь в свою деревню, но тут наступает ночь, и вместо деревни она спешно поворачивает к ведьмам, хотя всё самое смешное уже произошло.

Тоннель под миром
Меж двух миров
Война миров
Война и мир
Мир кровли
Мир кафельной плитки
Мир фурнитуры
Мир компьютерной игры
Мир мяса
Миру - мир!
Мир искусства
О спорт, ты - мир!
Мир меня не поймал, а словил,
но не понравилось.
Когда же отпустит?
Ну вот, отпустило.
Tuesday, October 6th, 2015
4:28 pm
на острове робинзон прежде всего подумал, как вернётся. То есть, не отвлекаясь, устраивал быт, но прикидывал заодно, как расскажет потом, что происходит теперь. Количество желающих узнать невесёлую историю увязывалось с точностью и экспрессивностью слов. Потом вдруг он почувствовал подвох в своей стройной выдумке. Не понимая до конца, что именно ему не нравится, он на некоторое время занял физической работой и голову. Таская тяжести, прикидывал вес, исследуя остров, считал шаги, в поисках пищи готовился к её приготовлению повкуснее (иначе говоря, соображал пожрать), а засыпая, представлял, что заснул.

в следующей жизни я стану
часами с таймером
отсталыми, механическими
какими фактически для вас
сейчас и являюсь
2:57 am
детский сад - это одно здание. Там через узкие лестницы и ободранные коридоры проходишь в контору, работать курьером. Решала шаговая доступность: денег не было и на автобус. Посреди полувыметенного, с листьями на другой стороне, двора валялась метла. Взяв метлу как для полёта, на самом деле думаю: это лопата. Я себя закапываю. Опережаю это ощутимое напряжение, смесь ненависти с назидательностью, сквозящее в каждом словно случайном разговоре. Никому незачем вечно быть надзирателем, рано или поздно они отвернутся. "Тяжёлые сумки? Ничего, пусть побегает" - голос за плечом в толчее тонущей в грязи остановки. Разумеется, обрывок постороннего телефонного трёпа - сколько на улице разных шумов... В стандартную маршрутку с трудом влезаешь с пятью увесистыми посылками, пока устроишься - больше ни до чего. По утрам декоративные коллеги выстраиваются перед начальством. Начальство носит туристические ботинки с логотипом в виде дерева - обратить внимание на всякий случай, сотворив сокрушённое лицо: алхимики примет и совпадений велики. Предусмотрены логотипы картинки разговоры звонки песни куча прочих приманок для памяти, денег вот не предусмотрено, как излишка самостоятельности, а что бы это ни было - но неприятностей явно на несколько лет, а у меня способность теряться в трёх соснах и хватило меня тогда на пару недель. Если есть жизнь после смерти - то точно не в первый год.

противоположный эскалатор протащил среди вообразивших жаркий день отдувающихся людей знакомого. Как раз взгляд переметнулся от зеркальца в левой руке - убедиться в Полном Порядке, на то, что происходит вокруг. Там отпечаток, как показалось, радости, что
узнавание не было обоюдным. Траекторию взгляда за очками недооценил. Тоже радуюсь: не скрываюсь, но меня не достать.

- А помнишь, как в детстве, глядя на соседний дом, где окна в темноте горят, думаешь: вдруг там кто-то смотрит в твою сторону, всё ли здесь хорошо. Так вот: о таком никому говорить нельзя.
- Да, всегда только о чём-то отвлечённом, на ходу.
Tuesday, September 29th, 2015
5:34 pm
за далёкими лесами, протяжёнными полями, за глубокими морями горы беспрестанно рождали мышей. Каждый новый выводок немедля по появлении среди груд малодрагоценных камней отправлялся в большое прекрасное путешествие под названием Жизнь, оставляя, однако, все как одна свои сердца на высоких кручах, так почему-то у них было заведено. Торопливо скатываясь под острым углом в мир, мыши принимались его методично заполнять. Что шло вразрез с потребностями человека, которому нужно было много места под организацию подсечно-огневого земледелия, и вообще начинал нервничать в тесноте. Потому по праву сильного сгребал мышей жестяными совками в большие вёдра и выносил за забор на космодром. Оттуда регулярно взлетала ракета и никогда не возвращалась. Дальше ничего не известно, слишком много миновало лет. Тогда в Голландии были горы, а теперь нет.

один мудрец вместо мозгов носил в своей черепной коробке горячий гудрон. Ничем-то как будто больше не отличался от других граждан, но видимо, они догадывались. И завидев его, всегда переходили на другой тротуар даже и в неположенном месте, инстинкт самосохранения от автомобилей не срабатывал, но открывались скрытые ресурсы организма: быстрый бег и прочая общефизическая ловкость. Если же другой дороги не было, то главное - постараться отвести от мудреца глаза. У них-то были карие, синие, серые, зелёные с искорками и почти жёлтые и скорее чёрные, а у него - невесть какие, а лучше этого не знать, смотреть себе под ноги, по правую либо по левую сторону тела, задрать лицо к небу, но не споткнись: прочие скажут, что ж ты так неловко на ровном месте ходишь, а не скажут - подумают: ворон считаешь, а что может быть предосудительнее считки ворон или голубей в небе, конечно, если тебя на этом подловили. Со стороны весело - малоприятно для себя. А единственный способ увидеть себя со стороны - неудобная обувь. Тогда все будут думать - вот идёт по улице человек в тесной обуви, и ты тоже увидишь. А единственная лучшая фраза - по-прежнему только первая. Остальное лишь шлейф затухающих колебаний звука, как в той пустой грецкой скорлупке.

я люблю слушать музыку.

о себе: женщина, которая всегда считает. То есть, сначала было: "женщина, которая всегда считает, что надо написать о себе, где есть такая графа, и чем больше об этом думает, тем больше понимает, что не напишет, хотя если ты не можешь написать ничего, то вдруг напишет кто другой, и лучше чужой глупости - любая собственная многословная глупость, - считает она, а потом смотрит в начало текста и считает, что так лучше, как написано до того, что было написано сначала".

файл называется "Обескураживающий набор".
Радио надрывается, сосредоточиться невозможно
Но мне нравится любой разговор
Не требующий моего участия
Никто не скажет, мол, у тебя выражение лица какое-то скорбное,
Реагируй как-нибудь, реагируй!

чтобы не было мелодрамы, крылья не оторвали от птицы или бабочки, а отрезали самолёту. На некоторое время его неприятности этим и закончились, но не завершились. Пришли на металлическую свалку искусные воздухоплаватели, и давай уговаривать самолёт полетать. Сомнительным показалось последнему такое предложение. Не вынеся отказа, лётчики за несговорчивость и пессимизм выкинули самолёт в океан, ведь как раз тонуть без крыльев удобнее. Волны вынесли самолёт на остров, где его увидел один робинзон, но не впечатлился. Постепенно рассматривая океан, робинзон к тому моменту уже кое-что сообразил...

копирайтер я никакой.
один раз попросили побыть копирайтером. Копирайтер из меня никакой. Пошёл второй час изобретения истории про целебные свойства парафина, когда вдруг стало ясно: один раз я уже думала над этой задачей, но не справилась. Почувствовала огорчение, которое чувствовала тогда, страх наказания за провал снова напугал. Каждая ссылка, открытая в новом окне, отзывы пользователей о продукте на деле комментировали попытки вспомнить, при каких обстоятельствах мне уже подбрасывали этот проклятый парафин, и понять, почему это всё так важно. Да, возможно, всё уже было мной написано раньше, а в другой раз будет лучше. Нет, не помню подробностей.
[ << Previous 20 ]
My Website   About LiveJournal.com